Статистика 20-30-х гг. XX в в Ады­гее складывалась в ходе формирования специальной системы статистического учета в стране



Скачать 197.67 Kb.
НазваниеСтатистика 20-30-х гг. XX в в Ады­гее складывалась в ходе формирования специальной системы статистического учета в стране
Дата25.05.2013
Размер197.67 Kb.
ТипДокументы
источник

?.?. ??????

??????????? ??????????????? ????? ????????? ? ?????? (20-30-? ??. XX?.


)


Статистика 20-30-х гг. XX в. в Ады­гее складывалась в ходе формирования специальной системы статистического учета в стране. Хотя система организа­ции статистики и была инновационной, в своей основе она содержала сложив­шуюся дореволюционную традицию, опыт статистического учета дореволю­ционной России.

Революционные преобразования большевиков, планы экономического развития страны потребовали точных статистических данных. 25 июля 1918 г. Декретом СНК «О государственной ста­тистике» было утверждено создание в стране Центрального статистического управления (ЦСУ). Затем в сентябре того же года были утверждены «Положение об организации местных статистических учреждений» и «Положение о Совете по делам статистики при Центральном ста­тистическом управлении»1. Согласно положениям гражданские, военные, цер­ковные, правительственные и обще­ственные организации должны были со­действовать ЦСУ в процессе сбора не­обходимых статистических сведений, а также в проведении статистического кон­троля в подведомственных им областях.

Создание гражданской системы регистрации оказалось процессом дли­тельным и трудным. Старая система уче­та, основывавшаяся на регистрации об­рядов, которые были неотъемлемой и важной частью культуры народов, была упразднена, а создаваемая система ока­залась чуждой: у большинства людей не было чувства внутренней необходимос­ти в акте гражданской регистрации ни при рождении, ни при смерти.

Крупным событием, повлиявшим на развитие государственной статисти­ки, стало проведение в августе 1920 г. сложнейшего комплекса всероссийских переписей: демографическо-профессио- нальной переписи населения, сельскохо­зяйственной переписи и краткого учета промышленных предприятий. Материа­лы переписей легли в основу разработ­ки Государственного плана электрифи­кации России (ГОЭЛРО).

Одной из первых фундаменталь­ных работ, выполненных статистиками, стала оригинальная, сложная в теорети­ческом, методологическом и практичес­ком отношении разработка первого ба­ланса народного хозяйства за 1923/24 гг., составленного по постановлению Сове­та Труда и Обороны (21 июля 1924 г.).

Уже в первые годы советской вла­сти ЦСУ приходилось собирать и раз­рабатывать статистические данные для решения советской властью ключевых задач в социально-экономической сфе­ре. Для этого потребовалось создание сети местных статистических органов - губернских и уездных бюро. Обобщение и анализ полученной статистической информации по регионам давал возмож­ность получить адекватное представле­ние о системе взаимосвязей в экономи­ке и отражался на результатах управлен­ческого воздействия. В итоге в 1918 г. начинает формироваться губернский ап­парат ЦСУ. Уездные же статистические бюро в ряде мест были созданы несколь­ко позже, весной - летом 1919 г.


В этом русле происходило станов­ление статистического учета на Кубани. Работа в регионе началась сразу после окончания Гражданской войны. В янва­ре 1920 г. на основании Декрета СНК о местных статистических учреждениях при Революционном Совете трудовых армий Юго-Востока России было обра­зовано Краевое статистическое бюро, затем преобразованое в Кубано-Черноморское областное статистическое бюро2. В 1924 г. в связи с образованием Юго-Восточного, а затем Северо-Кавказского края образуется Краевое ста­тистическое управление при Крайиспол­коме3 .

Именно в ведении Кубано-Черно- морского областного статистического управления находился статистический контроль на территории образованной в 1922 г. Адыгейской автономной обла­сти. Это позволило руководству автоно­мии получать необходимую информа­цию о экономическом и демографичес­ком состоянии Адыгеи. С целью фор­мирования управленческой вертикали в системе статистики встал вопрос о со­здании собственного статистического бюро в Адыгее с подчинением краево­му. В итоге 13 января 1923 г. постанов­лением облисполкома было организова­но областное статистическое бюро. Центр бюро располагался, также как и вся остальная администрация области в Краснодаре. С этого времени ведение статистики на территории Адыгеи воз­лагалось на областное статистическое бюро и районные статистические отде­ления4 .


Началось формирование статис­тических органов, повсеместно налажи­валась система статистического учета и отчетности. Эта работа осуществлялась с большими трудностями, обусловлен­ными недавним образованием автоно­мии и последствиями восстановительно­го периода.

Основной задачей статистическо­го управления области стала разработ­ка, анализ и своевременное предостав­ление руководящим органам статисти­ческих данных, отражавших ход выпол­нения государственных планов, рост на­родного хозяйства и культуры.

В 1923 г. состоялось первое об­суждение структуры, штатов, сметы рас­ходов материально-технической базы областного статистического бюро5. В работе бюро на начальном этапе возни­кали некоторые проблемы при взаимо­действии с краевым статистическим уп­равлением. В частности, при обработке данных за 1920 г., появились некоторые «нестыковки» в результате отсутствия координации показателей отчетности областного и краевого статических ор­ганов6 .

В 1924 г. в адыгейском областном статистическом бюро насчитывалось одиннадцать секций: сельскохозяйствен­ная, демографическая, народного обра­зования, труда, бюджетной статистики, потребления и распределения, промыш­ленности, кооперативной статистики, моральной статистики, земельная и во­енная7. Каждой из этих секций была проделана большая работа по сбору и обработке статистических сведений.

Данные, полученные статистичес­ким бюро, служили основанием для со­ставления производственных планов и заданий. Так, данные собранные сельс­кохозяйственной секцией о состоянии хлебофуражного баланса и величине уро­жая за 1923-1924 гг. послужили основа­нием для установления размера сельско­хозяйственного налога8. В 1925 г. Цент­ральное статистическое управление при­ступило к составлению баланса продук­тов сельского хозяйства - хлебофураж­ного баланса. Хлебофуражный баланс дополнялся балансами заготовок сельс­кохозяйственной продукции9.

Интерес представляет деятель­ность демографической секции. Важную роль в сборе данных сыграла система записи актов гражданского состояния, пришедшая на смену системе церковно­го учета населения. К 1924 г. на террито­рии Адыгеи насчитывалось 32 ЗАГСа. Однако их работа находилась в стадии становления и вызывала немало замеча­ний: отсутствовала правильная и своев­ременная отчетность, происходили за­держки отчетности облисполкому и крайисполкому. Краевое статуправление отмечало, что в карточках не везде ука­зывался возраст, занятие, грамотность, национальность, причина смерти10.

Перелом в налаживании системы ЗАГС и работы статистического управ­ления приходится на 1926 г. К этому пе­риоду повышается финансирование об­ластного статистического бюро, унифи­цируются основные формы отчетных документов. Связано это не только с улучшением экономической ситуации в регионе, но и с подготовкой к проведе­нию переписи 1926 г., т.к. в данных дви­жения населения, представляемых стати­стическим бюро, содержалось немало ошибок. В результате принятых мер ста­тистическому бюро было поручено по­месячно разрабатывать данные о есте­ственном движении населения. В итоге к середине 1926 г. на территории авто­номии уже насчитывалось 49 учрежде­ний ЗАГС: 1 при областном управлении, 10 - в Тахтамукайском районе, 7 - в По- нежукайском, 12 - в Преображенском, 12 - в Хакуринохабльском, 7 - в Натырбов- ском11.

Областное статистическое бюро состояло из 15 работников. Руководил бюро заведующий, в подчинении кото­рого находилось двое заведующих сек­циями, шесть инструкторов, один сче­товод, два статиста первого разряда, один счетовод, вспомогательный персо­нал (машинистка и делопроизводитель), временные работники, помогавшие при выполнении «трудоемких» задач в про­цессе статистических обследований 12.

Областное статистическое бюро приступило к изучению информации о территориях вошедших в состав автоно­мии по состоянию на 1920 г., обследо­ванию продовольственного состояния. Органы советской власти поддержива­ли статистических работников в выпол­нении возложенных на них обязаннос­тей. Так волостные ревкомы, обществен­ные, кооперативные и продовольствен­ные организации оказывали содействие командируемым сотрудникам бюро, обеспечивая беспрепятственное пере­движение по грунтовым дорогам, в при­обретении продуктов питания и товаров первой необходимости13.

Процесс административно-терри­ториального устройства автономии, по­ложительные сдвиги в развитии народ­ного хозяйства, изменения в админист­ративно-хозяйственном устройстве по­ставили перед органами статистики но­вые задачи, вызвали необходимость их реорганизации. В районах статистику возглавляли статистические отделы, в которых работало 5 специалистов, т.е. по одному на каждый район. На отделы воз­лагались обязанности по организации и выполнению статистических исследова­ний и прочих работ «местного значения» по заданию и на средства районных ис­полнительных комитетов14. Для осуще­ствления задач, стоящих перед государ­ственной статистикой, был введен при районных исполкомах в дополнение к сети добровольных корреспондентов особый институт первичного статисти­ческого наблюдения.

Серьезным испытанием для Ады­гейского областного бюро стала подго­товка и проведение на территории Ады­геи Всесоюзной переписи населения 1926 г. Организационные моменты про­ведения переписи на территории облас­ти решались непосредственно на сове­щаниях областного статистического бюро. В ряду этих вопросов особое вни­мание уделялось организации переписи, заполнению личных листков и поселен­ных списков, обязанностям переписчи­ков и организаторов переписи15. Для контроля над процессом проведения пе­реписи были выделены два сотрудника облисполкома, которые должны были «устранять различные препятствия и за­держки». Кроме того, были созданы спе­циальные областная и районные тройки содействия16. В их обязанности входи­ло оказание помощи в наборе перепис­ного персонала, обеспечение их транс­портом, переводчиками17.

Важная роль в процессе подготов­ки переписи отводилась предваритель­ным работам, включавшим в себя ис­правление списков населенных пунктов, зарисовку схематических карт и планов для ориентировки переписного персона­ла, районирование на переписные отде­лы, инструкторские и счетные участки. Каждая составляющая подготовительной деятельности имела большое значение. В частности, составление контрольных списков населенных пунктов позволяло соотнести каждый жилой дом с опреде­ленным населенным пунктом, являлось важным источником в процессе перепис­ного районирования18.

Большое значение придавалось агитационной и разъяснительной дея­тельности. Так ЦСУ была издана бро­шюра о значении переписи. За месяц до начала переписи в газете «Правда» была опубликована специальная «вкладка», посвященная вопросам переписи. Обла­стное статистическое бюро при поддер­жке местных органов власти выпустило специальные листовки, объявления и плакаты о значении переписи и порядке ее производства на русском и адыгейс­ком языках. Неоднократно материал, посвященный различным аспектам пере­писи, публиковался на страницах газеты «Адыгейская жизнь». В Натырбовском и Преображенском районах проводился показ агитационного фильма краевого статистического управления, посвящен­ного переписи населения19.

Подготовительная деятельность в целом создала благоприятные предпо­сылки для успешного проведения пере­писи на территории Адыгеи. В качестве счетчиков привлекались учителя и дру­гие работники просвещения, учащиеся средних учебных заведений, служащие, статистические работники: все те, кто могли грамотно поставить вопросы и записать полученные сведения. Учите­ля школ на фоне очень низкой грамот­ности населения были чуть ли не един­ственными грамотными людьми в боль­шинстве аулов и сел, именно они соста­вили основную часть счетчиков20, В связи с этим даже было решено устро­ить каникулы в школах с 15 по 31 декаб­ря, чтобы освободить работников обра­зования от их основной работы21.

В процессе переписи население учитывалось по месту жительства, часть по месту службы или работы в тех селе­ниях, где оно оказывалось в день пере­писи (хотя бы и в качестве временно-про­живающих). Личные листки составля­лись (на каждого жителя отдельный ли­сток) только для наличного населения, т. е. для тех, кто был налицо в данном селе или ауле в день переписи. В них за­носились все, кто провел в данном доме ночь на день переписи, а также умер­шие после полуночи дня переписи. От­дельной группой переписывались нахо­дившиеся в больницах или местах зак­лючения. Жители, выехавшие накануне дня переписи из дома на базары и по­этому не ночевавшие дома, переписыва­лись по месту постоянного жительства, даже если они и не вернулись 17 декаб­ря домой22.

Переписные бланки заполнялись регистраторами путем непосредственно­го опроса населения со слов опрашива­емых. Оставление личных листков для заполнения их самими жителями допус­калось только под расписку лишь при желании самих опрашиваемых в тех слу­чаях, когда была полная уверенность в своевременном получении этим путем точных ответов на все вопросы перепи­си. В исключительных случаях допускал­ся опрос домохозяев на сельских схо­дах. При заполнении бланков сведения предоставлял либо глава семейства или непосредственно опрашиваемый.

Следует отметить, что перепись 1926 г. отличал высокий организацион­ный уровень, позволивший провести ее в поставленные сроки без срывов и по­лучить данные с высоким уровнем дос­товерности. В процессе проведения пе­реписи были выявлены недостатки в уровне подготовки статистического пер­сонала в стране, поэтому во второй по­ловине 20-х гг. были приняты меры по организации подготовки статистических кадров. Кроме курсового обучения ра­ботников для районных статистических органов было открыто статистическое отделение для подготовки специалистов высшей квалификации в сфере государ­ственной статистики.

В 1926-1927 гг. была проведена ре­организация Центрального статистичес­кого управления и местных органов го­сударственной статистики. Управляю­щий ЦСУ СССР был введен в состав Совета Народных Комиссаров с правом решающего голоса, а ЦСУ были пред­ставлены права объединенного наркома­та СССР. Основными задачами Управ­ления народнохозяйственного учета ста­ли: внедрение учета во всех областях на­родного хозяйства как важнейшего ору­дия планирования, хозяйственного руко­водства и проверки выполнения плана.

С 1927 г. начало ощущаться при­ближение «года великого перелома» с «выкорчевыванием» кулачества и поте­рями для страны в целом. «Уровень от­крытости и гласности» в статистике за­метно понизился, а научная критика пе­реродилась в опасные политические об­винения. В некоторых важных областях статистические исследования были про­сто запрещены. Да и в "открытых" об­ластях статистика стала крайне ненадеж­ной. Приписки в промышленности ста­ли повсеместным явлением, а массовые манипуляции со стоимостью оторвали финансовые отчеты от физических по­казателей выпуска продукции. Последу­ющее развитие советской статистики тормозилось созданием в 30-е годы ад­министративно-бюрократической систе­мы, массовыми репрессиями, затронув­шими в том числе и лучших экономис­тов и статистиков (Н.Д. Кондратьева, А.В. Чаянова, В.Г. Громана, О.А. Квит­ки на и др.)23.

В начале 1930-х г. ЦСУ СССР было упразднено как самостоятельный Нарко­мат, его аппарат и функции были пере­даны Госплану СССР, в составе которо­го был образован Сектор народнохозяй­ственного учета. На основании Поста­новления ЦИК СССР органы государ­ственной статистики были включены в систему плановых органов. В декабре 1931 г. Сектор народнохозяйственного учета был выделен в самостоятельное управление - Центральное управление на­роднохозяйственного учета (ЦУНХУ) Госплана СССР - с правом непосред­ственного вхождения в правительство.

Статистики работали также внут­ри Госплана, вес которого в течение 1920-х гг. становится все более значи­тельным. Наконец, они присутствовали и в различных комиссариатах, в Высшем совете народного хозяйства и несколь­ких других центральных административ­ных органах, хотя статистическое управ­ление с момента своего создания стре­мится обрести монополию «на произ­водство цифр». Были упразднены рай­онные статистические бюро с передачей их функций плановым комиссиям при районных исполнительных комитетах.

Социальный кризис, вызванный массовыми репрессиями при коллекти­визации и голодом 1933 г., разрушил во многих регионах еще не вполне налажен­ную систему учета. Северо-Кавказское Краевое статистическое управление вошло в состав плановой комиссии на правах сектора. 5 января 1932 г. Президиум Северо-Кавказского края постановил выделить из состава Северно-Кавказской плановой комиссии сектор народно­хозяйственного учета и реорганизовать его в Северо-Кавказское краевое управление народно-хозяйственного учета. В январе 1934 г. в связи с разделением Северо-Кавказского края на Азово-Черноморский и Северо-Кавказский край Северо-Кавказское управление народно­хозяйственного учета было переимено­вано в Азово-Черноморское управление народно-хозяйственного учета.

В сентябре 1937 г. Азово-Черноморский край был разделен на Ростовс­кую область и Краснодарский край. В результате было образовано краевое уп­равление народнохозяйственного учета Краснодарского края. Органы государственной статистики в автономии находились в непосредственном подчинении ЦУНХУ. Директивы и задания, исходя­щие от ЦУНХУ, являлись для всех ста­тистических органов обязательными.

В середине 30-х гг. происходили изменения в административно-территориальном делении автономии. В связи с этим перед государственной статистикой встали новые задачи. Были проведены важные статистические работы по опре­делению состояния народного хозяйства присоединенных территорий. Проведена большая работа по образованию областных, городских и районных органов государственной статистики, подбору и подготовке статистических кадров, по налаживанию текущей статистики во всех областях народного хозяйства24.

С 1934 ответственность за работу ЗАГС возлагается на Народный комиссариат внутренних дел (НКВД), утверждаются новые формы книг записей актов гражданского состо­яния, упрощается редакция отдельных вопросов25. В сентябре 1935 г. издается специальное постановление СНК СССР «О постановке учета естественного движения населения». В постановлении го­ворится, что «учет до последнего вре­мени находится в неудовлетворительном состоянии, из-за чего принижается фак­тический рост населения в стране». Это утверждение свидетельствует о политической тенденциозности авторов постановления, которые не знали или делали вид, что не знают, что плохой учет завышает, а не занижает рост населения.

В 1937 г. состоялась Всесоюзная перепись населения. Данные этой пе­реписи были недоступны в течение долгого времени, т.к. считалось, что они уничтожены и лишь недавно стали доступны исследователям. Автора­ми проекта переписи 1937 г. были из­вестные демографы того времени О.А. Квиткин и JI.C. Бранд. Было принято специальное Обращение ЦК ВКП(б) и СНК СССР к населению, в котором разъяснялось ее народнохозяйственное значение и говорилось, что прохожде­ние переписи — долг каждого челове­ка. С апреля 1936 г. в Адыгее развер­нулась активная подготовка к перепи­си. Массовыми тиражами выпускались брошюры, читались лекции, проводи­лись беседы с населением, провозгла­шались лозунги26.

Для доработки проекта переписи была назначена специальная комиссия, состав которой не подлежал огласке. С точки зрения результата важно, что в составе комиссии не было пи одного специалиста по статистике населения - И.А. Краваль, так же как и А.С. Попов, хотя и имели опыт руководящей работы в ЦУ НХУ не были демографами-профес­сионалами. Уже после окончания пере­писи на совещании 16 мая 1937 г. руко­водители местных управлений народно­хозяйственного учета упрекали началь­ника ЦУНХУ И.А. Краваля в том, что им ничего не было известно о перера­ботке проекта переписи в Совнаркоме, и узнали они об этом только из книги А.И. Гозулова, вышедшей в конце декаб­ря 1936 г.

Крайне неудачной оказалась также после редактирования Сталиным и ко­миссией инструкция по заполнению пе­реписного листа, утвержденная Совнар­комом 28 апреля 1936 г. (формально под ней стоит подпись И.А. Краваля). В ин­струкции, занимавшей неполные четы­ре странички, не были разъяснены важ­нейшие понятия переписи: не было ука­зано, в частности, что состояние в бра­ке учитывается независимо от того, за­регистрирован ли брак, не сказано, кого следует считать грамотным, не было определения религии. Ни слова не было в ней о порядке проведения переписи - предварительном заполнении перепис­ных листов с последующей корректиров­кой записей. В результате в ходе перепи­си были серьезные проблемы с получе­нием точных ответов на вопрос о рели­гии. Брачное и семейное состояние на­селения также определялось весьма ус­ловно, поскольку на вопрос «состоит ли в браке» нужно было ответить только «да» или «нет».

Согласно программе переписи учитывалось только наличное население. Учет двух категорий населения стал про­изводиться только в переписи 1939 г. Кроме того, из текста инструкции сле­довало, что перепись начинается и за­канчивается в один день - 6 января27. Это больше всего осложнило перепись. Сталин истолковал «однодневность» буквально: в окончательном варианте на заполнение переписных листов отводи­лось 5 дней (с 1 по 5 января), всего один день (6 января) - на саму перепись, и еще пять дней (с 7 по 11 января) - на провер­ку правильности счета населения и за­полнения переписных листов. Явно не поняв смысла термина, Сталин превра­тил перепись фактически в однодневную. Сокращение продолжительности перепи­си с семи дней до одного потребовало значительного увеличения числа счетчи­ков, осложнило их подбор и подготовку и привело к неизбежной спешке при оп­росе - нагрузка на 1 счетчика была уста­новлена в 150 чел. Было изменено и вре­мя проведения переписи. ЦУНХУ пред­лагало (и комиссия с этим согласилась) принять в качестве критического момента переписи ночь с 5 на 6 декабря 1936 г. Сталин перенес перепись на 1937 г., сдви­нув ее на месяц вперед, в результате чего первый день переписи пришелся на ка­нун Рождества, когда резко возрастает подвижность людей.

Непригодность окончательно при­нятой программы переписи была оче­видной. Но изменить его после утверж­дения Совнаркомом было невозможно. Ведущие статистики пытались компен­сировать недостатки инструкции и хотя бы отчасти исправить методологические ошибки.

Были изданы брошюры «Бланки и пособия для счетчика в городских по­селениях» и «Бланки и пособия для счетчика в сельских местностях». В них помещены: передовая статья газеты «Правда» от 29 апреля 1936 г. «Перепись населения социалистического государ­ства»; образец заполненного переписно­го листа; утвержденная Совнаркомом инструкция ЦУНХУ по заполнению пе­реписного листа; пояснения к заполнен­ному переписному листу, где указыва­лось, по каким соображениям сделана та или иная запись; а также образец вспо­могательного инструментария переписи.

Аналогичные пособия были под­готовлены для контролеров-инструкто­ров города и села. Была составлена и издана под грифом ЦУНХУ также «Ин­струкция по организации подготовки и проведения Всесоюзной переписи насе­ления 1937 г.» с приложением текста Постановления СНК СССР от 28 апреля 1936 г. о проведении переписи28. Траги­ческий парадокс истории в том, что именно все эти попытки выправить ис­порченную невежественным вмешатель­ством перепись были поставлены затем в вину ее организаторам.

Правительство не было удовлет­ворено полученными в этой переписи результатами, поскольку численность учтенного в ней населения оказалась значительно меньше опубликованной раннее, а классовый состав не соответ­ствовал идее бесклассового общества. Серьезной методологической ошибкой переписи было признано и то, что она проводилась как однодневная (по об­разцу переписи 1897 г.)29.

Важным этапом в развитии орга­низации статистики в области было проведение переписи 1939 г. Следует отметить, что в процессе проведения переписи статистики использовали на­копленный опыт организации проведе­ния предыдущих переписей. На произ­водство переписи отводилось 7 дней в городах и 10 дней в сельской местнос­ти. Заполнение бланков переписи на­чиналось 17 января. Для проверки пра­вильности счета населения предусмат­ривался контрольный обход в течение 10 дней в городах и селах30.

Переписи предшествовал ряд орга­низационных работ, в первую очередь по составлению списков сельских населен­ных пунктов и списков домовладений в городских поселениях. Затем было про­ведено переписное районирование с це­лью разбивки территории на переписные, инструкторские и счетные участки. Со­гласно переписному районированию каждый счетчик должен был переписать в городе 410, а в селе - 625 чел., создава­лись специальные участки в больницах, гостиницах, вокзалах, поездах. Кроме переписного районирования организаци­онный план включал в себя обучение счетчиков, разъяснительную работу сре­ди населения.

Переписной персонал состоял из работников ЦУНХУ, участников преды­дущих переписей, активистов, учителей. Всего в переписи населения участвова­ло 477тысяч чел. переписного персона­ла31 . Агитационная и разъяснительная работа включала в себя выпуск брошюр, агитационных плакатов на русском и на­циональных языках. Большим тиражом был выпущен блокнот агитатора, для руководящих сотрудников издавалось «Информационное письмо». В обраще­нии ЦК ВКПб и правительства к граж­данам, выпущенном многомиллионым тиражом, население призывалось всячес­ки помогать и содействовать проведе­нию переписи. Кроме того, проводились лекции, беседы, собрания, показ кино­фильмов, посвященных переписи. Ак­тивная агитационная работа происходи­ла через периодическую печать, цент­ральную и местную. Все эти меры по­зволили выполнить подготовительные работы в срок до начала переписи. Первые итоги по переписи были получены уже в конце января 1939 г. Пос­ле окончания сбора данных, проводилась сверка переписных листов с контрольны­ми бланками. Для подведения оконча­тельных итогов велась механизирован­ная обработка материалов переписи. Все ответы были зашифрованы определен­ными шифрами. Работа по шифровке состояла из нескольких операций выпол­нявшихся определенной группой, за де­ятельностью которых вели контроль спе­циальные консультанты. В течение мая- июня окончательно зашифрованные дан­ные поступали на три машиносчетные станции, располагавшиеся в Москве, Ленинграде и Харькове.

Таким образом, в 20-30-е гг. XX в. произошло складывание регулируемой системы статистического учета населе­ния, как в центре, так и на областном уровне. Данная система представляла собой динамическую конструкцию, из­менения в которой определялись госу­дарственной политикой и практикой ре­ализации преобразовательной деятельно­сти советской власти

.








??????????

  1. Декреты Советской власти. Т.1.М.,1957. С. 89.

  2. Национальный Архив Республики Адыгея (далее НАРА) Ф.Р-4 On. 1 Д. ЗОЛ. 23.

  3. НАРА. Ф.Р-4 On. 1 Д. 9. Л. 18.

  4. Там же. Д. 3. Л. 5.

  5. Там же. Д. 30. Л. 3.

  6. Там же. Л. 11.

  7. Там же. Д. 4 Л. 5.

  8. Там же. Д. 62 Л. 28

  9. Там же. Л. 2.

  10. Там же. Д. 4. Л. 18.

  11. Там же. Д. 62. Л. 54.

  12. Там же. Д. 4 Л. 25.

  13. Там же. Л. 32.

  14. Там же. Л. 86-93.

  15. Там же. Д. ЗОЛ. 91-97.

  16. Были созданы 9 ноября 1926 года в их состав входили председатель РИК секретарь Райкома ВКПб и районный статист под председательством первого (Там же. Л. 131.).

  17. Там же. Л. 82.

  18. Гозулов А.И. Переписи населения СССР и капиталистических стран. М, 1936. С. 298

  19. Там же. Л. 88.

  20. Ярким примером низкого уровня грамотности в области является выдержка из переписки между областным статистическим бюро и КСУ от 26101926 года, в которой говорится о высокой отсталости населения дающей сведения в старых мерах и что ввиду малограмотности населения трудно ожидать скорого перехода на метри­ческую систему. (Там же. Д. 59. Л. 74.)

  21. Там же. Л. 87.

  22. Там же. Д. 30. Л. 45.

  23. Поляков Ю.А, Жиромская В.Б., Киселев И.Н. Полвека молчания (Всесоюзная перепись населения 1937г.) //Соци­ологические исследования. 1990. № 8. С. 44-45.

  24. НАРА. Ф.Р-4 On. 1 Д. 192. Л. 78.

  25. В таком виде актовые записи остаются без существенных изменений до 1954 г.

  26. Гозулов А.И. Переписи населения СССР и капиталистических стран. М., 1936. С. 298.

  27. Перепись населения СССР 1937года. История и материалы. Серия «История статистики». Вып. 3-5. М., 1990. С. 15.

  28. Волков А. Из истории переписи населения 1937 года // Вестник статистики. 1990.№8. С. 45-56.

  29. Там же. С. 53.

  30. Перепись 1939 года: краткие итоги. М, 1997. С. 9-14.

  31. Там же. С. 17.




Добавить документ в свой блог или на сайт


Похожие:



Если Вам понравился наш сайт, Вы можеть разместить кнопку на своём сайте или блоге:
refdt.ru


©refdt.ru 2000-2013
условием копирования является указание активной ссылки
обратиться к администрации
refdt.ru