Почешхов Н. А. Гражданская война на Кубани 1917-1921 гг. Проблемы теории и методологии / Н. А. Почешхов / Науч ред. Э. А. Шеуджен. Майкоп: Изд-во агу, 2006. С. 7-37. Глава I. Вопросы теории



Скачать 303.49 Kb.
НазваниеПочешхов Н. А. Гражданская война на Кубани 1917-1921 гг. Проблемы теории и методологии / Н. А. Почешхов / Науч ред. Э. А. Шеуджен. Майкоп: Изд-во агу, 2006. С. 7-37. Глава I. Вопросы теории
Дата25.05.2013
Размер303.49 Kb.
ТипДокументы
источник

Почешхов Н.А. Гражданская война на Кубани 1917-1921 гг. Проблемы теории и методологии / Н.А. Почешхов / Науч. ред. Э.А. Шеуджен. - Майкоп: Изд-во АГУ, 2006. - С. 7-37.

Глава I.

Вопросы теории


В современной историографии все более ощущается потребность в утверждении объективного и системного взгляда на гражданскую войну как закономерное порождение общенационального революционного кризиса, повлекшего за собой глубокий раскол общества, многогранный и противоречивый общественный перелом, имевший долгосрочные последствия для развития страны.

Прежде всего, речь идет об уточнении понятия гражданская война. Гражданские войны известны в истории с древнейших времен, но, тем не менее, историки продолжают осмысливать эту дефиницию, считая, что существующее определение ее, как острой формы борьбы граждан одного государства, не в полной мере проясняет суть данного сложного многопланового явления.

В рамках всеобщей истории гражданские войны рассматриваются как типологическое для человечества явление. Естественно, что при таком широком подходе вне исторического исследования, оказывается значительная часть специфических проявлений характерных для каждой конкретной войны. В лучшем случае их история становится предметом так называемой местной истории, изучающей исторический процесс в четко определенных географических границах1. Как заметил Леви – Стросс, «даже история, называющая себя всеобщей, - все же не что иное, как сочленение нескольких локальных историй, среди которых (и между которыми) пустоты гораздо более многочисленны, чем заполненные места»2.

В самом общем виде гражданская война в России выразилась в ожесточенной вооруженной борьбе между различными группами населения. Подобное масштабное явление стало итогом революционного кризиса, поразившего страну в начале ХХ века. Незавершенные реформы, мировая война, падение монархии, хозяйственная разруха, развал государственности и распад страны привели российское общество к глубокому социальному, национальному, политическому и идейному расколу, повлекшему за собой изменения и в других сферах общественных отношений: ментальных, религиозных, межнациональных. Однако даже такой достаточно широкий взгляд не раскрывает всех сторон происходивших в России событий.

Развертывание гражданской войны в конкретных районах России имело, наряду с общими характеристиками, выраженные особенности. Исследование проявившегося противоборства связано с решением таких базовых задач, как соотношение общих принципов и тенденций развития, а также специфических характеристик. Если гражданскую войну в России рассматривать как целостную систему, то региональная составляющая может быть отнесена к структурным «элементам» данной системы. При таком подходе предметом научного анализа становятся как общие процессы, характеризующие гражданскую войну в России, так и региональные, отражающие особенности ее протекания в конкретных социально – политических условиях.

На эту сторону вопроса обращали внимание многие исследователи, изучающие историю гражданского противостояния на Дону, в Сибири, на Урале и других регионах России3.

С точки зрения соотнесения общего и особенного несомненный интерес представляет история гражданской войны на Кубани, где противостояние приобрело крайне жесткие формы, включающие множество как внутренних, так и внешних факторов, обусловивших тенденцию к эскалации процесса.

Особое значение приобретают вопросы, связанные с рассмотрением пространственных границ развертывания гражданской войны в России, распространением ее и на периферийные районы. Исследователями неоднократно отмечалось, что в исторически сложившейся структуре пространства власти в России движение по вектору «от центра к периферии» осуществлялось легче и быстрее, чем продвижение вдоль линий, минуя центр, например по линии, соединяющей две точки, лежащих на периферии. В годы гражданской войны идущие от центра импульсы были развернуты от центра на запад, юг, восток, север, но в то же время усилилось взаимодействие по линии периферии: произошло объединение антибольшевистских сил юга России: Дона, Кубани, Терека. Устойчивость сложившихся связей в значительной степени была обусловлена военно-политической ситуацией в кубанском регионе.

Победа Октябрьского вооруженного восстания в Петрограде и в Москве кардинальным образом изменила ситуацию в стране. ЦК большевистской партии и местные партийные организации развернули масштабную борьбу за установление власти советов на всей территории России. Принято считать, что в большинстве районов страны установление советской власти прошло быстро и мирным путем. «Мы в несколько недель, свергнув буржуазию, - писал в марте 1918 года В.И. Ленин, - победили ее открытое сопротивление в гражданской войне. Мы прошли победным триумфальным шествием большевизма из конца в конец громадной страны»4.

Однако это высказывание имело в большей степени пропагандистский смысл, чем отражало реальную ситуацию. На Украине, Дону, Северном Кавказе, Южном Урале и в некоторых других регионах революционные силы встретили ожесточенное сопротивление контрреволюции. Длительная борьба за установление советской власти развернулась на Кубани: яростное сопротивление большевизации оказывали Кубанское войсковое правительство и Кубанская рада. 17 (30) января был образован Кубанский ВРК, под руководством которого развернулось формирование отрядов Красной гвардии. Противостояние приобретало выраженный характер гражданской войны.

Более того, разрывая традиционные связи с центром, Кубань оказалась в союзе с мощными контрреволюционными силами Юга страны. Вовлеченность регионов, в частности, южных, в гражданскую войну значительно влияло на ее географию: в течение войны пространственная составляющая не оставалась неизменной, так как территория противостояния то резко расширялась, то заметно сокращалась.

Одним из важных теоретических вопросов является вопрос о хронологии и периодизации гражданской войны в России. В принципе периодизация необходима как организующая и упорядочивающая схема систематизации знаний, без нее невозможно понимание сущности, динамики и особенностей развития событий. В тоже время постановка и решение этой проблемы применительно к гражданской войне в России осложняется непродолжительностью процесса в масштабах истории. И хотя формально периоды войны различаются, но по существу они во многом тождественны и отделяются лишь некоторыми, во многом условными событиями. Для того чтобы выявить ведущие тенденции в процессе гражданской войны, в основу периодизации, по-видимому, необходимо положить переломные моменты, когда в силу многих причин резко менялось соотношение сил противоборствующих сторон.

Острую дискуссию вызывает вопрос о времени начала гражданской войны, поскольку то или иное его решение предопределяет оценку причин, характера и последствий войны. При рассмотрении данного вопроса важно уяснить взаимосвязь таких явлений в истории России, как революция и гражданская война. Понятие революция и гражданская война трудно отнести к разряду точных определений с четко очерченным, конкретным содержанием.

На протяжении достаточно длительного времени в основе истории интервенции и гражданской войны в основе истории интервенции и гражданской войны, а также ее периодизации лежала сталинская концепция трех походов Антанты, изложенная им в статье «Новый поход Антанты на Россию» (1920 г.). Такой подход в дальнейшем был закреплен в «Кратком курсе истории ВКП(б)» и фактически не подвергался сомнению, став определяющим вплоть до середины 60-х годов.

По мере развития историографии утвердилось мнение, что уже Февральская революция 1917 года явилась по существу гражданской войной, то есть война рассматривалась не просто как «побочное» следствие революции, а, напротив как ее самый значительный и решающий компонент. Главным аргументом было то, что с февраля борьба за власть приняла вооруженный характер. Именно так понимали тогда гражданскую войну В.И. Ленин и другие большевики, рассматривая ее как самую «острую форму классовой борьбы». После февраля 1917 года В.И. Ленин утверждал, что первая гражданская война в России кончилась, иными словами Февральскую революцию он расценивал как первую гражданскую войну, называя ее началом этого события5.

Подобная точка зрения находит поддержку и в современной историографии. В частности, Ю.А. Поляков6 считает, что, начиная с февраля 1917 года, в России все более обострялось гражданское противостояние, перерастая из революции в масштабное противоборство, охватывая значительные территории, втягивая огромные массы людей, что неизбежно вылилось в крупномасштабные фронтовые, боевые действия. Общеизвестно, что существовали различия в интенсивности революционных действий между центральной Россией и ее окраинами. События февраля и октября в Петрограде и Москве не привели там сразу к массовым вооруженным столкновениям: скорее окраины стали первыми погрузился в открытую полномасштабную борьбу.

В тоже время немало историков придерживаются точки зрения, что переломным моментом явился захват государственной власти большевиками 25 – 26 октября (6 – 7 ноября) 1917 года, давший решающий толчок началу белого движения. Именно с этим событием ими связывается начало гражданской войны. Действительно, трудно не согласиться, что после октября 1917 года в России произошло возрождение архаических технологий властвования на новом витке исторического развития (возрождение практик внеэкономического принуждения к труду, (трудовые мобилизации), формы коллективной ответственности – (заложничество, ответственность родственников), реквизиции имущества. Более того, подобные технологии власти становились тотальными, что не могло не привести к резкому обострению социальных и экономических противоречий.


Не менее сложным представляется вопрос о хронологии окончания гражданской войны. При оценке этого события, по-прежнему, нет единой точки зрения. В частности, В.И. Ленин уже в апреле 1918 года заявлял, что гражданская война в основном закончена, но уже через несколько месяцев он отмечал, что развернулась острая классовая борьба, идет гражданская война, и эти утверждения он относил к событиям до конца 1920 года7.

В наши дни вопрос остается до конца не решенным: одни историки определяют хронологические рамки гражданской войны с лета 1918 по осень 1920 года, в то время как другие считают, что отсчет следует вести с февраля 1917 года, а завершение связывать с событиями октября 1922 года. Каждая из этих позиций имеет свою аргументацию. Говоря о первой, следует отметить, что здесь речь идет о периоде интервенции и гражданской войны, когда военная составляющая становится определяющей. Вторая точка зрения связана с понятием гражданской войны как насильственного свержения власти, обострения гражданского противостояния, что повлекло последующую эскалацию.

Внутренняя периодизация истории гражданской войны так же продолжает сохранять вариативный характер. Зависит это от критериев лежащих в основе периодизации (вооруженная борьба, изменения в соотношении политических сил, военное строительство и т. п.). При этом в исследованиях существуют разные подходы: выделяются фазы, периоды, этапы, отличающихся друг от друга как по формам борьбы, так по характеру и целям каждой из сторон.

Любая из существующих периодизаций может быть принята как достаточно условная, позволяющая лишь организовать изучаемые события в логической последовательности и поэтапной завершенности. Исходя из существующей периодизации гражданской войны в России, с учетом специфических особенностей ее развития в регионе, можно выделить основные периоды гражданской войны на Кубани.

^ Первый период Гражданской войны (ноябрь 1917 – февраль 1918 гг.) отличался относительной быстротой и легкостью установления власти большевиков и ликвидации вооруженного сопротивления их противников (в Петрограде, в Москве, на Украине, на Дону, на Кубани и т.д.). Для этого периода было характерно наличие у большевиков широкой социальной опоры, поддержка их политики основной массой населения. Они решительно ликвидировали частное землевладение, передали землю в распоряжение крестьян, приступили к выводу страны из мировой войны, ввели рабочий контроль в промышленности, признали право народов на обретение государственной самостоятельности.

В то время как антибольшевистские силы (добровольческое офицерство, казаки тыловых частей, юнкера) не имели сколько-нибудь значительной социальной опоры, и поэтому их попытки организовать сопротивление на фронте и в казачьих областях были сравнительно слабыми. Уставшие от войны кубанские казаки, как и донские, не хотели воевать против новой власти. Не удержавшаяся на Дону Добровольческая армия, совершившая в феврале-апреле 1918 года так называемый «ледяной поход» на Кубань, оказалась во враждебном окружении местного крестьянского населения и возвратившись с фронта революционно настроенных частей старой армии (фронтового казачества).

В этот период большевистская власть еще не испытывала тяжелых последствии интервенции. С одной стороны, обострившаяся до предела вооруженная борьба Антанты и Четверного союза на Западном фронте, а с другой стороны, недооценка опасности большевизма в правительственных кругах Великобритании, Франции и США не позволили им немедленно оказать поддержку антибольшевистским силам в России.

Однако уже первые месяцы гражданской войны показали большевикам необходимость создания централизованного карательного аппарата (Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и саботажем) и Рабоче-крестьянской Красной армии, комплектуемой на добровольных началах из рабочих и крестьян. Именно частям Красной армии удалось установить советскую власть на Кубани, удержать Екатеринодар, который пыталась захватить Добровольческая армия. Эти события наглядно свидетельствуют о «вписанности» Кубани в события гражданской войны в стране.

^ Второй период (март – ноябрь 1918 г.) характеризуется коренным изменением соотношения социальных сил внутри страны, что не могло не сказаться на социально-политической обстановке в кубанском регионе. Разгон Учредительного собрания (6 января 1918 г.) ярко обнаружил стремление большевиков любыми способами удержать захваченную власть. Еще больше ухудшило отношение населения к большевикам заключение Брестского мирного договора (3 марта 1918 г.). Сепаратный мир с Германией, уступка ей значительной территории, выплата больших денежных сумм были восприняты как нарушение большевиками их обещаний заключить «всеобщий демократический мир без аннексий и контрибуций», как предательство национальных интересов России.

Резкий рост враждебности крестьянского населения к большевикам вызвал поворот в продовольственной политике. Получив помещичью землю, крестьяне, и прежде всего из зернопроизводящих губерний, считали несправедливым сохранение хлебной монополии. Низкие цены, по которым государство скупало зерно в условиях обесценивания бумажных рублей и роста цен, не позволяли крестьянам не только получать прибыль от его продажи, но даже окупать затраты на его производство. В результате резко сократилась продажа хлеба, по городам прокатились стихийные голодные бунты, направленные против местных органов советской власти.

Для решения обострившейся продовольственной проблемы в мае 1918 года Народный комиссариат по продовольствию был наделен чрезвычайными полномочиями по закупке хлеба: свободная торговля запрещалась, были введены карательные меры против лиц, скрывающих хлебные «излишки» и отказывающихся продавать зерно государству по установленным низким ценам, то есть была введена продовольственная диктатура. В дополнение к этим официальным мерам рабочие крупных городов, наиболее страдающих от голода, по собственному почину начали формировать вооруженные продовольственные отряды и посылать их в деревни для «заготовки» продовольствия.

В июне1918 года правительство приступило к организации комитетов бедноты. С их помощью большевики попытались расширить социальную опору новой власти в деревне. Однако частично сняв остроту продовольственной проблемы, комбеды оттолкнули от большевистской власти середняков. В сложившихся условиях, при всей противоречивости существующих в исторической литературе оценок, диктаторские методы проведения продовольственной политики оказались единственным способом спасения населения от голода.

Все более ужесточалась политическая ситуация в стране. В ответ на террористические акты эсеров был объявлен красный террор (сентябрь 1918 г.). ВЧК и ее местные органы арестовывали и объявляли заложниками известных политических и общественных деятелей, генералов и офицеров, представителей дворянства, буржуазии, интеллигенции и духовенства. Красный террор стал не только массовым средством истребления «классово чуждых элементов», но и средством устрашения всего населения. Всероссийский центральный исполнительный комитет принял решение о превращении РСФСР в «единый военный лагерь», то есть официально заявлялось о переходе страны к новому этапу борьбы за власть.

Для Кубани этот период характеризовался «поворотом» казачества и значительной части крестьянства против большевиков, что позволило значительно расширить социальную и экономическую базу белого движения. Вслед за донцами в Добровольческую армию А.И. Деникина вступали тысячи кубанских казаков, поднявшихся на борьбу против Советов. К ноябрю 1918 года, опираясь на поддержку и прямое участие в войне зажиточного крестьянского и казачьего населения, в том числе и Кубани, белое движение переросло из подпольно-партизанского состояния в регулярные, хорошо организованные армии, закрепившие за собой районы Северного Кавказа, Поволжья, Урала и Сибири, богатые людскими и хозяйственными ресурсами.

На этом этапе расстановка интервенционистских сил существенных изменений не претерпела. Занятые войной на Западном фронте, страны Антанты и Четверного союза по-прежнему не имели возможности активно вмешиваться в гражданскую войну в России. Однако были сделаны первые шаги в этом направлении: силами флотов установили блокаду и приступили к высадке десантов в портах с целью занятия плацдармов на окраинах России. Германские войска угрожали Советской России с территории Прибалтики, Белоруссии, Украины и Донской области, однако их наступательные возможности ограничивались военными действиями на Западном фронте. Главную ставку летом 1918 года правительства Антанты сделали на восставший Чехословацкий корпус, объявленный частью французской армии.

В июле-октябре 1918 года Кубань стала ареной масштабных военных событий, происходивших на Северном Кавказе, Нижней и Средней Волге: части Донской армии наступали на Царицын, Добровольческая армия вела операции по занятию Кубани и всего Северного Кавказа, части Чехословацкого корпуса пытались установить контроль над Поволжьем. Успешные операции Красной армии позволили отвоевать Среднее Поволжье, защитить Царицын и не допустить объединения антибольшевистских сил юга и востока России. В то же время Добровольческая армия, разгромив местные красноармейские формирования, заняла Кубань и Черноморье.

В ноябре - декабре 1918 года произошли события, которые привели к новому обострению гражданской войны, расширению масштабов военных действий в ходе ее третьего периода (ноябрь 1918 - март 1919 гг.). Неудачи на Средней Волге войск Временного всероссийского правительства, созданного в Уфе (сентябрь 1918 г.), успехи Добровольческой армии на Северном Кавказе и исчезновение иллюзорных надежд на широкомасштабное участие войск Антанты в войне против большевиков ускорили процесс установления «белых» военных диктатур на востоке и юге России.

В ноябре 1918 года в результате совершенного офицерами-монархистами переворота всю полноту власти сосредоточил в своих руках адмирал А.В. Колчак, провозгласивший себя верховным правителем России и верховным главнокомандующим русской армией. В январе 1919 года Донской атаман П.Н. Краснов, в связи с поражениями Донской армии на фронте и уходом поддерживавших его германских интервентов с юга России, был вынужден признать главенство генерала А.И. Деникина. В результате Донская и Добровольческая армии были объединены в Вооруженные силы на юге России (ВСЮР) под командованием А.И. Деникина. На занятой белогвардейцами территории восстанавливалась губернская администрация и судебная система, обретали силу законы Российской империи и Временного правительства. В Екатеринодаре были созданы правительственные и центральные государственные аппараты по образцу дореволюционных министерств.

В эти месяцы заметно изменилось настроение среднего крестьянства. Хотя значительная часть сельского населения, прежде всего казаки и зажиточные крестьяне, радовалась избавлению от большевиков, но в условиях ожесточения войны не хотели жертвовать жизнью и имуществом. Поэтому мобилизации и реквизиции, проводившиеся антибольшевистскими властями, проходили с большими трудностями, порождая грабежи, порки и даже расстрелы тех, кто уклонялся от мобилизаций и сопротивлялся реквизициям. Все это вызвало отрицательную реакцию как крестьянства Поволжья и Сибири, так и южнорусского казачества. Дело доходило до восстаний и массового дезертирства мобилизованных крестьян, ухода целых частей с фронта.

Не лучше дело обстояло на территориях подконтрольных советской власти. В январе 1919 года была введена продразверстка: необходимое государству количество продовольственного и фуражного зерна разверстывалось между зернопроизводящими губерниями (между уездами, волостями, селами и хозяйствами), что тоже не способствовало стабилизации положения.

^ Четвертый период войны (апреле 1919 – март 1920 гг.) отличался наибольшим размахом вооруженной борьбы и коренными изменениями в расстановке сил внутри России и за ее пределами, предопределивших успех белых армий, а затем их поражение. Введение продразверстки проходило с большими трудностями: зачастую у крестьян без оплаты или же за обесценившиеся деньги отбирались не только «излишки», но и часть зерна, необходимого для пропитания семьи и засева. Иногда в обмен на хлеб крестьянам выдавались необходимые им промтовары (сельхозорудия, ткани, обувь, керосин, спички и т.д.), но из-за крайней ограниченности государственных запасов обмен на промтовары был редкостью. В реальной практике широкое распространение получили принудительные меры по изъятию хлеба и фуража, особенно в прифронтовой полосе.

Обострение вооруженной борьбы в условиях углубляющегося экономического кризиса заставляло советское правительство принимать военно-хозяйственные меры, направленные на дальнейший подрыв частной собственности, «обуздание» стихии свободного рынка и использование скудных ресурсов, прежде всего для снабжения Красной армии. С лета 1919 года резко возросли темпы национализации в промышленности: в собственность государства и его централизованное управление перешли все крупные, средние и частично мелкие предприятия. Одной из наиболее острых проблем стала стремительная инфляция и распад денежной системы, что неизбежно порождало спекуляцию, ставшую главным средством выживания большинства горожан (мешочничество). Единственным способом спасения населения от голода и холода стала натурализация хозяйственных связей и заработной платы. Тем не менее натуральный паек, достигший к концу 1919 года 80% зарплаты, позволял поддерживать лишь полуголодное существование населения.

В течение 1919 года продразверстка, национализация, свертывание товарно-денежного обращения и другие военно-хозяйственные меры суммировались в политику, получившую по ряду внешних «коммунистических» признаков (уравнительная натуральная оплата труда, отсутствие торговли и денег) название «военного коммунизма». В связи с острой нехваткой рабочей силы правительство стало широко практиковать принудительное привлечение населения к труду и выполнению различных повинностей (для заготовки дров, ремонта железных дорог, перевозки грузов и т.д.). В январе 1920 года СНК РСФСР принял постановление о введении всеобщей трудовой повинности.

Заметно отличалось положение на территориях находящихся под контролем советской власти, от положения в тылу контрреволюционных армий. Так, главным направлением внутренней политики правительства А.И. Деникина на Кубани стало восстановление частной собственности и свободы торговли, что, на первый взгляд, отвечало интересам как крупных собственников, так и средних слоев города и деревни, и прежде всего крестьян. Однако на деле эта политика не только не приостановила кризис в экономике, но и ускорила ее полный развал.

Для оплаты расходов на содержание и снабжение армии, финансирования транспорта, военного производства и добычи топлива белые правительства без всяких ограничений печатали и выпускали в обращение десятки миллиардов бумажных рублей, что неизбежно приводило к их обесцениванию: крестьяне не хотели продавать свою продукцию за потерявшие доверия бумажные рубли. Крупная и средняя буржуазия практически ничего не сделала для восстановления производства, поскольку это не сулило быстрой прибыли, а направила свои капиталы в спекулятивные махинации, получая баснословные прибыли на вывозе за границу сырья (зерна, шерсти и т.д.) и поставках в армию продовольствия и обмундирования. Подобная политика буржуазии, смотревшей на армию как на сферу выгодного приложения капитала, привела к срыву ее снабжения. В результате войсковые части вынуждены были обеспечивать себя путем грабежа и насильственных реквизиций продовольствия, фуража, одежды, что цинично именовалось «самоснабжением за счет благодарного населения».

Пока обсуждались весьма туманные проекты земельной реформы, местные военные и гражданские власти помогали вернувшимся в свои имения помещикам и их управляющим «выколачивать» из крестьян «недоимки» (долги по арендной плате) за 1917-1918 годы.

Восстановление помещичьего землевладения, насильственные мобилизации и реквизиции, белый террор – все это вызвало резко отрицательную реакцию крестьянства и некоторой части казачества. Все эти явления сводили на нет попытки А.И. Деникина и его правительства привлечь на свою сторону крестьян южных и центральных районов России с помощью туманных обещаний «утолить земельный голод». Все это приводило к массовому дезертирству, провоцировало повстанческое движение в тылу, подрывало боеспособность деникинской армий. В такой ситуации белые части, несмотря на запреты главкома, вернулись к применению насильственных мобилизаций и реквизиций, отбирали у крестьян продовольствие, лошадей и прочее имущество, что привело к росту враждебности со стороны крестьянства.

Надежды с приходом белых избавиться от продразверстки и террора большевистских властей быстро сменялись озлобленностью, решимостью силой отстаивать свои права. В итоге к осени 1919 года в настроении основной части деревни произошел перелом в пользу советской власти. Он ярко проявился в срыве мобилизаций в белые армии, в дезертирстве, в стихийных восстаниях и росте «зеленого» повстанческого движения. На борьбу с «зелеными» А.И. Деникин вынужден был отвлекать значительные силы с фронта. Однако, воюя против белых и помещиков, повстанцы отнюдь не сочувствовали коммунистам и желали возвращения советской власти без большевистского засилья в Советах и диктаторских методов управления. Оставаясь чуждыми большевизму, крестьяне на деле выбирали советскую власть как меньшее из зол, как гарантию от возвращения помещиков, как силу, способную установить в стране «мир и порядок».

Положение на фронтах в это решающий период гражданской войны коренным образом изменилось в пользу Красной армии. Несмотря на значительное число дезертиров, мобилизации в Красную армию проходили намного успешнее; чем в 1918 году; десятки тысяч дезертиров возвращалась в армию добровольно. На сторону красных переходили группы и даже целые части белых, состоящих из мобилизованных крестьян и поставленных в строй пленных красноармейцев. В итоге «военно-коммунистическая» политика, несмотря на «жесткие» способы ее проведения, позволила отрезанной блокадой от внешних рынков Советской России лучше вооружить и снабдить продовольствием Красную армию.

Решающие военные события происходили на востоке и юге России. В частности, в октябре – ноябре 1919 года произошел коренной перелом на Южном фронте. В январе – марте 1920 года войска Кавказского фронта под командованием М.Н. Тухачевского заняли Дон, Кубань и Черноморье. Главным итогом этого решающего периода гражданской войны явилось укрепление большевистской диктатуры и ее вооруженных сил, ликвидация наиболее сильных государственных образований белого движения (военных диктатур Колчака на востоке и Деникина на юге страны) и разгром их армий.

Пятый период Гражданской войны (апрель - ноябрь 1920 г.) включает военные действия против польской армии и ликвидацию остатков контрреволюционных сил на юге России, в том числе и на Кубани. К лету 1920 года гражданская война на большей части территории России закончилась, но положение на юге страны, по-прежнему, оставалось напряженным. В политических настроениях крестьян, а также основной части населения Кубанской области произошел очередной перелом. Наиболее трудоспособная и политически активная часть деревни решительно требовала отмены продразверстки и восстановления свободы торговли. Недовольство крестьян выливалась в восстания, мятежи и бунты. Создавались крестьянские повстанческие отряды (по большевистской терминологии – «банды»), срывавшие проведение продразверстки, убивавшие большевиков, советских и продовольственных работников, милиционеров.

Недовольство крестьянской массы продразверсткой и диктатурой большевиков распространилось на Красную армию, 90% которой составляли крестьяне. Несмотря на пропаганду и репрессии, в частях росли антибольшевистские настроения. Особенно быстро они распространялись среди казаков, служивших в белых армиях и перешедших на сторону красных. В такой ситуации использование частей Красной армии для борьбы против крестьянских восстаний стало опасным для большевистских властей, как следствие были усилены партийная пропаганда и репрессии в армии.

Существенно изменилась в пользу большевиков расстановка сил за пределами России. Для стран Антанты стало очевидным, что белое движение в России не пользуется народной поддержкой. Генерал П.Н. Врангель, которому А.И. Деникин в апреле 1920 года передал пост главкома Вооруженными силами юга России, не сумел добиться от союзников оказания военной и материальной помощи. Тем не менее в январе 1920 года по инициативе Великобритании Верховный совет Антанты принял решение о снятии блокады и возобновлении торговли «с населением России». В мае 1920 года в Лондоне начались советско – британские торговые (по сути политические) переговоры, которые завершились только в марте 1921 года подписанием торгового договора.

^ Шестой - завершающий - период Гражданской войны (декабрь 1920 - 1921 гг.) включает в себя, учитывая специфику кубанского региона, вооруженную борьбу с развернувшимся повстанческим движением, направленным против «военного коммунизма». В масштабах страны произошло утверждение большевистской власти вооруженным путем почти на всей территории бывшей Российской империи.

Наибольшего размаха крестьянские восстания в казачьих областях Дона и Кубани достигли зимой - весной 1921 года. Замена продразверстки продналогом в марте 1921 года. Большинство повстанцев составляли крестьяне и казаки, прошедшие войну как в белых так и в красных армиях. Самыми популярными лозунгами повстанцев были такие призывы: «Долой продразверстку!», «Да здравствует свободная торговля!», «За Советы без коммунистов!». Идеология повстанчества отрицала как «диктатуру справа» (белых генералов), так и «диктатуру слева» (большевиков) и была нацелена на поиски «третьего пути» («ни капитализм, ни коммунизм») и «истинного народоправства».

Усиление хозяйственной разрухи, рост массового недовольства крестьян и рабочих, нарастание повстанческого движения, восстаний и забастовок, трудности использования Красной армии для борьбы против народа – все это показало наиболее реалистически мыслящим лидерам большевиков, в том числе и В.И. Ленину, что сохранение продразверстки создает смертельную угрозу большевистской власти. Замена продразверстки продналогом в марте 1921 года и последовавшее за этим разрешение свободы торговли привело к сужению социальной базы повстанческого движения, что может быть рассмотрено как завершение гражданской войны в регионе.

Безусловно, в ходе гражданской войны проявлялись общие явления как для России, так и Кубани. Так, события первой мировой войны одинаково тяжело отразилось и в центре, и на Кубани, их результатом стали негативные демографические и экономические последствия. Получили распространение различные формы гражданской войны. Наиболее характерными были восстания, крупномасштабные военные операции с участием регулярных армий (ХI, IХ Красной армии, Добровольческой армии), действия «зеленых» отрядов в тылу существовавших правительств.

Наряду с этим, на ситуацию заметное влияние оказывала сословная, этническая, конфессиональная специфика региона. При этом важно учитывать, что Кубань не просто региональное понятие – это территория исторически сложившейся общности людей, прошедших в течении столетия, включающего и события гражданской войны, через масштабные социально - политические коллизии. Прошло всего несколько десятилетий (с 1864 г.) как эта территория вошла в состав Российской империи и, с точки зрения исторической перспективы, только начала складываться в единое социально – политическое пространство, сохраняя скрытое внутреннее напряжение.

Методологическую основу исследования этой проблемы определяют, как правило, общеметодологические принципы объективности, историзма, системности, ценностный, психологизма. В научном познании одним из важных является принцип объективности, который объединяет все формы научного познания, поскольку цель всякого познания – получение объективно истинных результатов. Разумеется, применение данного принципа, в общественных науках, несколько ограничено спецификой исследований (более выраженная субъективность, невозможность проверить опытным путем полученные результаты, повторить эксперимент и т. п.). Данный принцип ориентирован на всесторонний анализ исторических событий и явлений, привлечение к исследованию разнообразных по происхождению и содержанию источников.

Надежность исторических знаний является достаточно сложной проблемой: одно и тоже событие прошлого может по разному интерпретироваться в разной культурной среде. Это замечание в полной мере подтверждается при изучении материалов по истории гражданской войны. Уже не говоря о диаметрально противоположных оценках причин, характера и последствий гражданской войны, в документах участников, оказавшихся по разные стороны баррикад, внутри каждой из этих групп проявляется большой «разброс» мнений и суждений.

Исходя из данного принципа, традиционно осуществляется формирование документальной базы исследований, интерпретация и критический анализ факторов, создающих условия для реконструкции такого сложного, многофакторного явления, как гражданская война.

Учет сложившихся оценок гражданской войны в России, критический анализ выявленных документов создает необходимые условия для выработки научных подходов к проблемам гражданской войны. В этом смысле можно говорить об истине относительно избранной точки знания, выбора источников и аргументов.

К общеметодологическим, по своей сути, относится принцип историзма, поскольку он применяется во всех науках, изучающих объекты в развитии. Данный принцип позволяет историкам исследовать гражданскую войну на Кубани в ее причинности и последовательности, объяснить революцию и гражданскую войну как взаимосвязанное явление, определить характер и глубину кризиса, охватившего страну, изучить объект в движении, выделять периоды и этапы развития. На основании данного принципа история гражданской войны на Кубани исследуется как органичная составная часть гражданской войны в России.

В последние годы особое внимание стало уделяться принципу системности, ориентированного на проведение структурного и функционального анализа сложных исторических явлений. Применение системного принципа продиктовано необходимостью решения комплексных проблем, выяснения характера взаимодействия многих факторов, проявившихся в период гражданской войны: военно-политических, социально-экономических, этнических, национальных, конфессиональных.

Системный подход, позволяет исследовать гражданскую войну на Кубани как часть сложной динамичной системы, определяющей характер социального противостояния в целом в России. При этом проявляются интегративные свойства системы, отразившие взаимодействие явлений как общероссийского, так и регионального уровня. Более того, благодаря этому принципу гражданская война может быть представлена как социально-политическая система, включающая такие элементы: классы, сословия: политические партии, вооруженные формирования («красные», «белые», «зеленые») и так далее.

Применение системного принципа требует тщательной проработки многих вопросов, в том числе учета функциональных отношений политики центра и местной власти. Системный подход позволяет понять сущностную природу явлений и связей, непосредственно действующих в проблемных границах гражданской войны как системы.

При изучении переломных периодов в истории значимым представляется оценочный (ценностный) принцип. Такие явления, как гражданская война, обязательно проходят через определенный ценностный топаз, имеющий временную природу, что и задает в конечном итоге «точку зрения», позволяющую определенным ценностным образом маркировать историческое событие8. Основан он на использовании таких научных категорий, как «значение», «роль», «положительный эффект», «негативные последствия».

К сожалению, оценочный уровень нередко связан с факторами, лежащими за пределами науки и отражающими общественные настроения. Так, если в советской историографии позитивный пафос был направлен на «красную» составляющую, то в последние годы акценты стали расставляться по-новому: во всех трагических событиях гражданской войны, как правило, обвиняют большевиков.

Применение принципа психологизма очень важно при изучении экстремальных событий, какими, бесспорно, являются гражданские войны, когда происходят колоссальные социальные потрясения, ломаются критерии ценностей. Достоверность проведенной реконструкции зависит не только от глубины осмысления социально-экономической, политической природы противостояния различных групп населения, но и от проникновения в деструктивные процессы, кардинально изменившие жизненные уклад, быт, психологию, интересы горского населения, казачества, иногородних.

Процесс осмысления такой сложной и многоплановой проблемы как гражданская война, более того, выявление региональных особенностей, требует осознания методов и приемов как совокупности определенных правил, лежащих в основе проводимых исследований.


В ряду применяемых исследовательских методов можно выделить, во-первых, методы, направленные на поиск новых данных, подтверждающих или опровергающих утвердившиеся в историографии положения, и, во-вторых, использование научных методов при изложении (доказательстве) полученных результатов.

На основе общенаучных методов эмпирического и теоретического исследования историками изучаются такие сложные источники, как воспоминания участников и современников гражданской войны, документы, имеющие логические «разрывы» или проявленную модификацию. На основе применения общенаучных методов стали возможны обощения, анализ выявленных исторических материалов.

Учитывая характер введенного в научный оборот материала, представленного такими видами исторических источников как документы партийных и советских органов, воззвания, листовки. Достаточно широко применяется метод конкретного анализа. Этот метод позволяет не только выявить значительный объем фактических свидетельств, но и установить их взаимодополняющий корректирующий характер.

Опыт подобной работы был обобщен в специальных публикациях9. В частности, изучая «Обращение Кубанского областного горского комитета» адресованного горскому населению Кубанской области (5 (18) сентября 1917 г.), особый интерес вызвало сформулированное в преамбуле документа положение о признании горцев Кубани особой национальной группой, имеющей определенное политическое кредо, право на устройство государственной и общественной жизни. В связи с этим подтверждалась необходимость создания особого центрального органа, способного выражать волю горцев, претворять в жизнь директивные документы Временного правительства и предотвращать различного рода протестные выступления на Кубани. В обращении центральной линией проходит призыв к горскому населению, используя сложившиеся в адыгском обществе традиции «в силу присущей природе горца дисциплины» сохранять полное спокойствие и порядок не допустить дезорганизованных или контрреволюционных выступлений. При этом комитет брал на себя функции регулирования и принятия соответствующих мер в связи с действиями Туземной дивизии, пытаясь предотвратить ее вмешательство в политическую жизнь10.

Широкое применение в работе нашли специально исторические методы. Начать, по - видимому, следует с хронологического метода. Он способствует изучению исторических фактов с позиций взаимосвязанного процесса, в котором отдельные этапы и периоды сравниваются с целью вскрыть объективные закономерности и специфические особенности. Исходя из этого подхода, гражданская война на Кубани, как уже отмечалось, подразделяется на периоды. Указанное «членение» позволяет обнаружить определяющие направления развития исторических процессов на каждом временном отрезке.

Однако многофакторность проблемы гораздо чаще требует применения осложненного - проблемно – хронологического метода, что позволяет выделить взаимосвязанные исследовательские проблемы, как уровни противоречий, демографическая и социальная характеристика, экономические и политические требования, и рассмотреть их в четкой хронологической последовательности.

Особое место занимает историко – сравнительный метод, позволяющий проводить сопоставления, устанавливать параллели. Применение этого метода дает возможность изучить исторические факты как в тесной взаимосвязи с реальной обстановкой, в которой они возникли и действуют, так и в качественном изменении на различных этапах развития. Сквозной линией, по которой в современной историографии осуществляется сравнение, стало сопоставление явлений, характерных для России в целом и кубанского региона, в частности. К явлениям подобного рода могут быть отнесены демографические процессы, социальная структура, экономическая составляющая.

Не менее значимым может стать применение данного метода на уровне осмысления региональных особенностей: наличие различных этнических групп, сложные межэтнические и внутриэтнические отношения, культурно – исторические социальные, экономические различия, обусловливающие наличие сфер неустойчивости, прерывности. «Представление о сравнительном методе, как об исключительном изучении сходства в целях обобщения, - представление, существующее, кстати сказать, у многих, - ошибочное, как раз сравнение пунктов различия помогает уловить все своеобразие отдельных частных случаев, тем лучше понимать местные, индивидуализирующие причины, условия, обстоятельства»11. Применение историко-сравнительного метода позволяет, во – первых, выяснить сходство между развертыванием гражданской войны в России и кубанском регионе, а во – вторых, уяснить различие между ними.

Научно значимым стало применение метода актуализации, позволившего осмыслить опыт гражданской войны в ряде регионов России. В сложных условиях социальной напряженности негативные процессы, характерные для любой модернизации, тем более такой глубокой, как переживаемые современной Россией, существенно обостряют и межэтнические отношения, неизбежно порождая конфликты разной остроты и длительности. Их развитие приобретает форму колебаний с различными величинами амплитуды, определяющими глубину конфликтов, порождающих, как правило, социальную нестабильность (резкая социальная дифференциация населения, возрастание численности и роли номенклатурной элиты, интенсивная урбанизация, утрата общественного значения ряда профессий, безработица и т.п.)12.

Данный метод позволяет на основе исторического опыта строить научные прогнозы, направленные на преодоление социального напряжения и конфликтности в обществе. Он имеет не только научное, но и прагматическое значение, позволяет разрабатывать практические рекомендации для дальнейшей исследовательской деятельности на основе «уроков» истории.

Немаловажное значение имеет применение историко – типологического метода, позволяющего проводить систематизацию и упорядочение исследуемых объектов по присущим им признакам. В данном случае речь идет о типологии самого явления гражданская война. Несмотря на существующие различия, гражданские войны объединяет такая типологическая составляющая как гражданское противостояние в обществе.

Весьма важно, используя историко – генетический метод, направленный на анализ динамики исторических процессов, выявить причинно – следственные связи, отражающие процесс зарождения и развития социальной напряженности, обострившейся в послереволюционный период. Так в кубанском регионе истоки многих явлений оказались органически связанными с событиями предшествующих веков. Территория Кубани, относительно недавно, в результате длительной Кавказской войны, включенная в состав России (вторая половина XIX в.), претерпела серьезную трансформацию, проявившуюся в политической, административной, социально – экономической и культурной сферах жизни. В начале ХХ века регион находился в процессе модернизации, которая еще далеко не завершилась. Именно в этих условиях разворачивались события гражданской войны.

Достаточно результативным выглядит применение историко – статистического метода. Его использование в исторических исследованиях связано с потребностью введения в научный оборот массовых исторических источников разных уровней: материалы переписей 1897, 1909, 1914, 1916 – 1920, 1922 – 1923, 1926 годов, материалы всероссийских сельскохозяйственных переписей 1916, 1917, 1920 годов, других материалов статистических сборников и ежегодников. В результате историкам удалось получить и ввести в научный оборот статистические характеристики различных групп населения Кубани.

В целом используемый историками методический инструментарий позволяет сделать вывод, что аналитическая работа с источниками по такой сложной проблеме, как гражданская война, не может быть сведена к одному, даже очень важному методу. Речь может идти только о системе методов, направленных не только на упорядочение знаний, имеющихся в научном обороте, но и на поиск новых исследовательских подходов. В результате этих изменений все более утверждались новые подходы к пониманию предмета и задач истории. Данные обстоятельства не могли не оказать значительного влияния на способы и методы работы с историческими источниками.

1 Шеуджен Э.А. Местная история: теоретические проблемы // Вопросы теории и методологии истории. – Вып. 2. – Майкоп, 1997. – С.6.

2  Савельев И.М., Полетаев А.В. История и время. В поисках утраченного. – М., 1997. – С.130.

3 Познанский В.С. Очерки истории вооруженной борьбы советов Сибири с контрреволюцией в 1917-1918 гг. – Новосибирск, 1973; Козлов А.И. На историческом повороте. – Ростов-на-Дону, 1977; Сергеев В.Н. Банкротство мелкобуржуазных партий на Дону. – Ростов-на-Дону, 1979; Хмелевский К.А., Хмелевский С.К. Буря над Тихим Доном: исторический очерк о гражданской войне на Дону. – Ростов-на-Дону, 1984; Кириенко Ю.К. Революция и Донское казачество. – Ростов-на-Дону, 1988; Штыка А.П. Гражданская война в Сибири в освещении белогвардейских мемуаристов. – Томск, 1991; Наумов И.В. У истоков: Изучение истории гражданской войны на Дальнем Востоке в 1920-е годы. – Иркутск, 1993; Венков А.В. Антибольшевистское движение на юге России на начальном этапе гражданской войны. – Ростов-на-Дону, 1995 и др.


4 Ленин В.И. Полн. собр. соч. – Т. 36. – С.79.

5 Ленин В.И. Полн. собр. соч. – Т. 31. – С. 351.

6 Поляков Ю. А. Гражданская война в России: возникновение и эскалации // Отечественная история. – 1992. – №.6. – С. 33.

7 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. – С. 233-234; Т. 43. – С. 280.

8 Шеуджен Э. А. Историография. Вопросы теории и методологии. Курс лекции. – Майкоп, 2005. – С. 150.

9 Почешхов Н.А. Доклад Б.В. Савинкова: основные идеи // Вопросы теории и методологии истории. – Вып. 3. – Майкоп, 2001. – С.95-99; Он же. К вопросу о деятельности Кубанского областного горского комитета // Диалоги с прошлым. Исторический журнал. – Майкоп, 2004. – № 3. – С. 60-61.

10 Почешхов Н.А. К вопросу о деятельности Кубанского областного горского комитета // Диалоги с прошлым. Исторический журнал. – Майкоп, 2004. – № 3. – С. 61.

11 Кареев Н.И. Историка (Теория исторического знания). – Пг., 1916. – С.153.

12 Шадже А.Ю., Шеуджен Э.А. Северокавказское общество: опыт системного анализа. Москва-Майкоп, 2004. –С. 159.

Добавить документ в свой блог или на сайт


Похожие:



Если Вам понравился наш сайт, Вы можеть разместить кнопку на своём сайте или блоге:
refdt.ru


©refdt.ru 2000-2013
условием копирования является указание активной ссылки
обратиться к администрации
refdt.ru